Хантер

Суббота, утро, Питер.

Этой осенью снятся тёплые сны.
Не хочется вылезать из-под одеяла. Смятая подушка держит за волосы, простыня гиблым болотом затягивает ноги. Нет, вылезать из-под одеяла не хочется совсем.
И лето не хочет уходить. Тянется, цепляется солнечными лучами за крыши домов как маленький игривый котенок за шерстяную ниточку, ласкает ускользающим теплом ветви еще зеленых деревьев. Напоминает о себе греческими мелодиями из автомагнитолы. Пахнет арбузами и только что скошенной травой.
Сев в авто, я удивлённо уставился на лобовое стекло, за одну ночь усыпанное жёлтой листвой, как на что-то неестественное, почти противозаконное.
Машина завелась, протекторы мягко зашуршали по асфальту, из динамиков просила разбудить её и искупать в самой чистой воде, Диана Арбенина.
Будить не хотелось никого.
Нарушить осенний сон субботнего ленивого города казалось святотатством.
Я добавлял газ очень плавно, и буквально кончиками пальцев, мягко переключал передачи.
Ещё вчера было совсем тепло. Мы сидели на крыше высотки по-партизански, через выбитое окно пробравшись туда со старинным другом и смотрели на ночной залив. Порывистый ветер дул с такой силой, что временами его приходилось перекрикивать. Но сильно холодно не было.
А сегодня, вместе с желтыми листьями с неба пролились крупные капли дождя. Они прозрачными медузами растекались по стеклу и были настолько редкими, что дворники включать не хотелось. Капли сшибали все новые листья, недобро поминался Петербургский сукин сын, что так любил золотой листопад и вода Невы потемнела.
Я ехал по еще почти пустым улицам, и старательно объезжал свежие лужи. Казалось, что машине передалось мое желание не замочить ног. Где-то сзади, все дальше оставался дом с теплом, уютом и мягкой постелью. Зябко передернувшись я включил печку и запустил солнечные греческие песни.
Где-то ласковым котом встрепенулось лето, потянулось, вцепилось в небо когтями и сердито фыркнув потянуло серое покрывало. Облака снесло в одно мгновенье, дождь стремительно усох, лужи подмигнули озорными искрами и выкатилось солнце.
Осень вздохнула, и шаркая отошла за угол дожидаться завтра.
Была суббота, конец сентября и назло осени случилось лето.

P.S. Да-да-да, потом снова все затянуло тучами, и фотография тому свидетель. Но утром все виделось так.