Хантер

Давеча.

На пляже лежали, загорали.
В воды Вуоксы пытался прорваться маленький мальчик.
Его папаня, по виду вполне себе из девяностых со стрижкой бритого дикобраза, со златой цепью повисшей на корявых ветвях дубовых рук, и с бочонком пивной утробы, полным трагизма голосом возвещал, что Платону в воды озера нельзя. Бо, ледяные, холодные и он, Платон может замерзнуть.
Я попробовал мыслить аналитически, ведь не зря нас в университете на криминалистике натаскивал сам великолепный Густов Генрих Арсеньевич, к сожалению уже несколько лет как оставивший этот мир.
По всему выходило, что коли Платону воды озера не подходят температурно, стало быть ему, оному Платону ближе и комфортнее воды морей Средиземного, ну или на худой конец Ионического и Эгейского.
А коли так, то папашу по идее должны звать Аристоном, а мамашу Периктионой.
И по некоторым слухам распространяемым Диогеном Лаэртским, есть небольшой шанс, что малец попавшийся мне на глаза еще и зачат непорочно...

Теперь вот думаю почаще туда ездить.
Мечтал всю жизнь еще хоть краем глаза на Сократа глянуть и особенно на Ксенофонта.
Вдруг и с ними повезет?